Оглавление раздела
Последние изменения
Неформальные новости
Самиздат полтавских неформалов. Абсолютно аполитичныый и внесистемный D.I.Y. проект.
Словари сленгов
неформальных сообществ

Неформальная педагогика
и социотехника

«Технология группы»
Авторская версия
Крошка сын к отцу пришел
Методологи-игротехники обратились к решению педагогических проблем в семье
Оглядываясь на «Тропу»
Воспоминания ветеранов неформального педагогического сообщества «Тропа»
Дед и овощ
История возникновения и развития некоммерческой рок-группы
Владимир Ланцберг
Фонарщик

Фонарщик — это и есть Володя Ланцберг, сокращенно — Берг, педагог и поэт. В его пророческой песне фонарщик зажигает звезды, но сам с каждой новой звездой становится все меньше. Так и случилось, Володи нет, а его ученики светятся. 


Педагогика Владимира Ланцберга


Ссылки неформалов

Неформалы 2000ХХ

Андрей Русаков. Эпоха великих открытий в школе 90-х годов

Часть вторая.

Школа для подростка. Дидактика общего успеха

Эту часть книги можно было бы назвать «после Шаталова». Речь идет не о его последователях, а о людях, с разных сторон и по-разному подошедших к решению «шаталовских» задач: «как учить и научить всех» и «как превратить опыт обучения в точку опору в жизни».

Известно злоключение с термином «педагоги-новаторы». Его ввели в оборот, желая подчеркнуть уникальность авторов выдающихся открытий — а в каждом районе принялись составлять списки своих новаторов. Сколько не объясняли, что так нельзя — без толку. Но стоит ли сетовать на недалекость энтузиастов из роно? Они расслышали слово именно так, как оно в советском языке и установлено. Новаторство — дело массовое, новаторов и должны быть тысячи.

У слова новатор есть общепринятый синоним: рационализатор. Человек, нашедший способы повысить производительность труда, экономичность, эффективность. Личность замечательная, достойная поощрения, но вполне многочисленная.

В западном мире со школьными рационализаторами так дело и обстоит. И деятельность их вовсе не связана с борьбой за коренное преобразование школы. Там это две довольно далекие сферы людей и идей: те, кто включен в движение за гуманную педагогику, в отстаивание человеческих, а не формальных измерений школьной жизни — и те, кто специализируется на повышение эффективности обучения.

Почему же в России эти вещи сошлись? Отчего поиски дидактических решений — дело в общем-то размеренное и полюбовное — привели к изобретениям революционного масштаба, к ожесточенной идейной борьбе и требованиям глобальных перемен?

Вероятно, главных причин две: запрет на серьезные учительские инициативы в преподавании — и сочетание жесткости и утопичности в требованиях к учителю и ученику. В требованиях не учить и учиться, а научать и научаться, причем такими методами, при которых это принципиально невозможно для большинства. А монополия на усовершенствование методик в руках тех, кто умел заниматься только имитацией мысли, создала плотину такой толщины, что ее не могли пробить никакие частные ручейки.

Кто хотел менять что-то, должен был научиться менять всё.

Так определился фантастической разрыв между рыхлым хаосом официальных методических рекомендаций и мощной наработанной мускулатурой дидактики учителей-новаторов, порой берущейся справляться с проблемами, нерешаемыми нигде в мире.

Так за понятием «рационализатор» высвечивает другая, уже не прагматическая, а онтологическая основа: тот, кто приводит в соответствие с требованиями разума, превращает мешанину полутемных сведений в стройное пространство миропонимания.

В дидактике педагогов-новаторов зазвучал завещанный еще восемнадцатым веком пафос просвещения — с его ясностью естественных законов, с ненавистью к схоластике, с различением мира, осмысленно организованного логикой познания — и мира, погруженного во тьму разрозненных фактов и суеверий.

Мы скептичны к позитивизму, мы разуверились в объективности и точном знании. Ясность воззрений Руссо и Франклина, Ньютона и Менделеева сдается нам наивной и упрощенной. Но интонация просветительства, просвещенческий свет Разума, гордо расчерчивающий лучами устанавливаемых взаимосвязей и структур доселе разрозненную картину мироздания — это не просто один из ряда исторических этапов. В его интонации заключена некая вечная сторона педагогики, в той мере, в какой она желает иметь дело с языком объективного знания и конструктивных решений, с возможностью человека стать человеком, умело разбирающимся в чем-то.

Системность и стремительность — два лейтмотива дидактики школы для всех.

Сначала — прорыв к пониманию, к осознанию себя понимающим — потом будут силы пуститься в путь.


Обсудить статью в нашем ЖЖ



Для печати   |     |   Обсудить на форуме



  Никаких прав — то есть практически.
Можно читать — перепечатывать — копировать.  
© 2002—2006.

  Rambler's Top100   Яндекс цитирования  
Rambler's Top100